Рай для мозгов

04.09.2014

Рай для мозгов

Крупнейшее в Западной Сибири частное предприятие по нефтепереработке не только выпускает продукцию, но и «кует» профессионалов

- Лично для меня, думаю, ничего подобного в жизни больше может и не быть, - говорил «Кузбассу» год назад Николай Подавылов, директор Яйского нефтеперерабатывающего завода. - Я приобрел колоссальный опыт, ведь вот оно, чистое поле, и вот он, завод, когда по всем трубопроводам, по артериям потекла не кровь, а нефть. Все ожило, все зашевелилось,  хотя в это мало кто верил… Даже собственники, мне кажется, не до конца верили. Денег-то, мол, закопали мы здесь много, но вот как это все оживет? Наверное, это самые интересные годы в моей профессиональной жизни…

Надо отметить, что колоссальный опыт, о котором говорил Подавылов, приобрел и продолжает приобретать не только он, но и весь коллектив завода. Впрочем, попробуем персонифицировать это утверждение парочкой примеров…

Евгению Парамонову, начальнику товарно-сырьевого цеха, 45 лет. Из местных, в свое время сделал карьеру на Анжерском стекольном заводе, к тридцати годам поднявшись от машиниста машины вертикальной выработки стекла поднявшись до технического директора.

На заводе, эвакуированном в Кузбасс в войну, работало 1800 человек. Песок везли из Ульяновска, соду – из Красноярска и Ачинска, доломит и полевой шпат – с Красноярска и Урала. В новые времена с ростом железнодорожных тарифов предприятие зашаталось. К примеру, цена доставки вдвое превышала стоимость мазута, который был топливом… Сокращения, конкурсное управление – и в последние декабрьские дни 1999 года история завода закончилась.

Уже в феврале Парамонову предложили стать начальником цеха на Анжерском машзаводе. Задача – перепрофилировать цех, выпускающий рештаки и цепи, на металлургическое производство. Вспоминает, как запускал новое оборудование литейного цеха, формовочную линию, новые печи.

- Это, - объясняет, - познание нового, это… рай для мозгов! Когда извилины работают – это же интересно… У меня тогда график был – в 7 утра на работе, дома в 21, но энергии хватало…

На Анжеромаше Парамонов проработал 12 лет.

- Я вообще-то человек постоянный, - говорит очень серьезно, - за жизнь три предприятия сменил, хоть капиталисты  советуют каждые пять лет менять работу, чтобы мозги не застаивались. Сюда пришел в марте 2012-го. Я знал, что такой завод строится, я очень хотел сюда попасть. Исходя из моего долговременного трудового стажа у меня интуиция: понимал, что здесь будут очень серьезные задачи, что очень интересно, и, конечно, зарплата…

Он готов был работать простым оператором, но ему предложили должность механика участка. Быстро пошел в рост: на огромном заводе период становления; нефтепереработка – отрасль новая для Кузбасса, специалистов приходится растить самим. В условия кадрового голода здесь делают просто невероятные карьеры…

- Я думаю, этот  завод очень крепко на ноги встал, - улыбка у Парамонова спокойная, располагающая, - и его никакой катаклизм финансовый не сдвинет. Перспектив – вторая очередь начнется, часть людей пойдут туда. Не с улицы же туда направлять – будут брать с действующих производств. Опять рай, ведь там будут такие процессы, каких пока у нас нет… И люди почувствовали свое будущее. Посмотрите на стоянку – в будние дни у нас уже не хватает места для автомобилей, надо расширять. И машины-то все неплохие…

- У нас любого возьми… - и он рассказывает о коллегах. Как бывший водитель – всего за два года! – стал оператором, старшим оператором, начальником смены и теперь прочно вошел в кадровый резерв и во время отсутствия начальника цеха выполняет его обязанности… Про инспекторов патрульно-постовой службы, не поднимавших ничего тяжелее полосатой палочки, теперь – сливщиков, которые гордятся растущим мастерством и заработком…

- Есть – с высшим образованием, причем достаточно большая прослойка людей, которые выучились бездарно, никчемно: юристы, экономисты, бухгалтеры. Целая каста людей, не знаю, зачем они учились. Один уже два года работает сливщиком, его все устраивает, зарплата устраивает. Он юрист. Через биржу сюда пришел! Есть бывший кочегар с высшим образованием, у нас на хорошем счету, сейчас – старший оператор смены, уже начальника подменял…

- Всего три предприятия в жизни, - Парамонов улыбается, но голос у него удивительно серьезен, - надеюсь, это – последнее…

Он верит в это, он чувствует это благодаря своему «долговременному трудовому стажу» и выработанной «интуиции», тем более – вот она, первая очередь Яйского нефтеперерабатывающего гиганта, выросшего за удивительно короткий срок в чистом поле. А впереди – пуск второй очереди, третьей – рай для мозгов, адреналин для нервов, задачи, перспективы, жизнь…

Игорь Густайтис – мастер участка автоналива нефтепродуктов. На завод пришел машинистом компрессоров, быстро пошел вверх по карьерной лестнице. До нефтянки работал в пищевке, в том числе 17 лет директором молзаводов.

Директором молзавода стал в 35 лет, в середине девяностых годов прошлого века. Через семь лет позвали на новый завод в Кемерово, который пришлось создавать с нуля, и отдал ему десятилетие.

Спрашиваю, почему решился так кардинально поменять отрасль, – отвечает неторопливо, основательно:

- Там много причин. Первая – десять лет отъездил в Кемерово. У меня, грубо говоря, была шестидневная неделя, утром в пять встал и поехал. Вечером вернулся, упал, утром встал, поехал… Для меня режим нормальный, просто ездить стало все дольше и дольше. Если сначала три часа уходило на дорогу, то когда рассчитывался, стало уходить уже по четыре с половиной. Пробки, поток… Само сидение в машине не полезно, в тридцать это еще можно терпеть, а в пятьдесят начинает напрягать очень сильно. Страшно начали болеть колени. А пришел сюда – потребовалось много ходить по территории, за смену 10 километров – норма, бывает, если хороший день выпадет, и до 16 километров набегаешь. Носки не выдерживали двух смен в ботинках, протирались. Зато колени пришли в норму, а сам похудел на 12 килограммов! Это как раз в период запуска… Я для себя вообще со всех сторон одни плюсы вижу… Кроме того, хозяин то ли интерес потерял, по ли переориентировался, но производительность молзавода уронили в полтора раза. А упасть со 120 тонн молока в сутки до 70 – неправильно. Я привык: приедешь – все гудит, шумит, а тут приезжаешь – кладбище…

Вдруг понимаю, что вот это и есть главное – на предприятии хорошо, когда оно растет, а не когда его хоронят…

- Живу рядом, - объясняется Густайтис, - когда здесь еще только бурили и геологию делали, я видел, у меня вопрос был: что тут задумали? И уже тогда появилась идея: новое предприятие – это опять идти вверх, а не вниз…

И он говорит, о том, какое это счастье – когда завод идет вверх, и странно, куда вдруг пропали его неторопливость и размеренность:

- Запуск был – есть моменты, когда без всякого стыда или сомнения могу сказать: это я запускал! Этих людей я учил! То есть на этом предприятии все равно след останется…

И – как и во время разговора с Парамоновым – лейтмотив, про удивительные и быстрые изменения, происходящие в профессиональной жизни и карьерах тех, кто работает рядом, на Яйском НПЗ…

Игорь АЛЁХИН.

Яйский район.

КСТАТИ

Яйский НПЗ – один из самых масштабных проектов в российской нефтепереработке постсоветского периода, который способен обеспечить диверсификацию экономики Кузбасса и дать мощный импульс для дальнейшего развития сибирской экономики. Строительство началось пять лет назад благодаря новокузнецкой компанией «НефтеХимСервис». Идея строительства крупного НПЗ была поддержана губернатором Кемеровской области Аманом Тулеевым.

По реализации второго этапа строительства Яйского НПЗ мощность предприятия будет увеличена до шести миллионов тонн нефти в год, а глубина переработки доведена до 92 процентов.

 

 «Кузбасс»,  04.09.2014


Возврат к списку